В начале февраля на канале «Пятница» стартовало шоу «Большие девочки». Создатели поселили 13 девушек с весом более 100 килограммов в кемпинге, где участницы худеют, проходя физические и психологические испытания. Главная цель — похудеть сильнее соперниц. INPLUS решил выяснить, насколько эффективны психологические методы, представленные в шоу, у Оксаны Козыревой, психолога, автора ютуб-канала «Пора к психологу».

Провокативная психотерапия, ретравматизация и шейминг

Проект «Большие девочки» производит двойственное впечатление, потому что, с одной стороны, ты радуешься, что наконец-то кто-то показывает природу расстройств пищевого поведения, пытается улучшить качество жизни людей, которые недовольны своей внешностью, хотят снизить вес, получить какую-то дополнительную мотивацию. При современных технологиях, знаниях психологии, знаниях о расстройствах пищевого поведения можно делать телевизионное шоу ярким, красочным, динамичным, интересным, но все же более полезным, более здоровым в своей идее и в своем корне. 

Лично мне не нравится, что в шоу есть обширная манипулятивная, спекулятивная линии, основанные на том, что участницы ленивые и распущенные, они должны собраться, следовать дисциплине, перестать лениться, понять, что жизнь в их руках и похудеть, при этом пройдя целый ряд довольно унизительных, я бы даже сказала оскорбительных испытаний.

В первых двух сериях есть попытки использовать такой инструмент как групповая психотерапия, то есть коллективные встречи с психологом в шоу все же существуют. Там рассматриваются разные сценарии пищевого поведения в семье. Например, история про то, что бабушки выражают любовь через еду. На самом деле мы хотим принять любовь, а вместо этого переедаем. В групповых встречах явно у ведущей Анетты Орловой есть желание вернуть фокус на то, что каждая из этих девушек может сама изменить свою жизнь, то есть перевести фокус на сферу своего собственного влияния: я сама могу принять решение, как я буду выглядеть, сколько я буду весить.

Соль всего телевизионного шоу, потому что это именно шоу, да, это должно быть зрелищно и ярко, это набор провокативных экспериментов, инструментов провокативной психотерапии. Создается некая провокация, где есть, например, унижение, обесценивание, какая-то неловкая ситуация, стыд, травмирующее воспоминание эта ситуация может поднять и с ее помощью как-то сподвигнуть человека к каким-то переменам. Но, во-первых, провокативная психотерапия до сих пор невероятно спорный инструмент. Ее эффективность и безопасность, этичность использования не доказаны и не до конца исследованы, потому что каждый по-своему ее представляет.

На мой взгляд, если говорить о шоу, где такие эксперименты нужны для привлечения зрителей, то там не хватает завершающей стадии такого провокационного эксперимента, стадии, когда фокус возвращается на свое место. Когда на участниц тыкают пальцем как на ленивых животных — этот провокативный эксперимент должен закончиться пониманием зрителями того, что никто не имеет права тебя унижать, оскорблять и обесценивать. Сколько бы ты ни весил, ты имеешь право на абсолютно правомерную агрессию в таких ситуациях. 

Не должен быть фокус на том, что пока ты толстый, ты за решеткой, тебе стыдно, на тебя все показывают пальцем, а вот похудеешь, и все эти люди наконец будут тебя любить и с тобой дружить. Это совершенно искаженное восприятие реальности, это манипуляция, весь смысл вот такого провокационного эксперимента теряется. Он подпитывает агрессивные тенденции у зрителя зашеймить, застыдить и отыграть агрессию через полных девушек на экране. Это не просто не помогает, это может, к сожалению, кого-то увести вообще в ретравматизацию, потому что мы не знаем как психика на какой триггер отреагирует. 

Я уверена, участниц предупреждали о том, что будут разные провокационные задания, и то, что они именно на шоу, а не в реальной жизни, как-то облегчает ситуацию. Но, тем не менее, гарантировать того, что это вообще этично и терапевтично, нельзя. Это может быть даже вредно, травматично и в будущем вылиться в тяжелые неочевидные последствия для девушек, которые из этого шоу рано или поздно выйдут и продолжат жить своей жизнью.

Как рождается РПП

Если говорить о причинах глубинно, они кроются в самых ранних периодах жизни человека, в детстве. Как вообще кормление использовалось матерью? Был ли это способ закрыть ребенку рот при проявлении любых эмоций, затолкать какую-то еду? Это был способ, возможно, выразить агрессию через еду, через насилие едой, когда ребенок не хочет есть, но его заставляют, и у матери отыгрываются садистские наклонности. Это могут быть неблагополучные бытовые сценарии, когда еды недостаточно: в семье есть голод, постоянное ощущение небезопасности и нехватки еды. Или еда все время нездоровая, хаотичная, несбалансированная, и границы адекватного питания размыты.

Если говорить про эмоциональный сценарий расстройства пищевого поведения, это может быть глубочайшее отторжение и неприятие себя как следствие того, что родители, конкретно мама, не принимала и отторгала ребенка, боялась себе в этом признаться, не знала, как с этим быть. И тогда еда становится буфером, защищающим, с одной стороны, от агрессии матери, а с другой стороны становится инструментом самонападения. То есть я буду есть больше, чем хочу, игнорировать сигналы насыщения. Я буду атаковать себя едой, нападать на себя, становиться все больше и больше — и таким образом сохранять отношения с матерью, но при этом защищаться от ее агрессии.

Это может быть защита от стыда, от чувства небезопасности. Это может быть ситуация, когда нельзя выразить злость в семье по отношению к бабушке, к маме, к папе. И тогда она тоже направляется на себя разными способами. Есть самоповреждение, а есть аутоагрессия тоже в виде того же переедания. Бывает заполнение пустоты, когда что-то происходит, депрессивные чувства у ребенка возникают, горе в семье происходит, потеря близкого, никто с ребенком об этом не разговаривает. И образуется пустота, невозможность пережить тяжелые чувства. Это может тоже компенсироваться едой, потому что в таком быстром временном промежутке еда дарит мгновенное утешение.

Кроме того, это может быть заеданием тревоги. Если в жизни постоянно присутствует нестабильность, небезопасность, если есть зависимости в семье, то еда может стать тем, что стабилизирует состояние. Нет каких-то супер общих рецептов для всех. Это все из разряда психосоматики, потому что у каждого человека эти причины индивидуальны. Кто-то по своим биоритмам чувствует, что ему достаточно есть два раза в день, например, ему так комфортно с детства или есть определенные продукты. Допустим, среда взрослых игнорирует и заставляет есть шесть раз в день. Человек теряет связь со своими биологическими ритмами, со своим распорядком, с индивидуальным чувствованием сытости и голода. Поэтому нужно разбирать конкретно у каждого человека и историю семейной системы, и регуляцию эмоций, каким образом она происходит, и регуляцию непосредственно еды и быта, как это устроено и по каким причинам.

Ты толстая, потому что у тебя нет мотивации

В шоу активно проводится линия отсутствия мотивации, она показана очень поверхностно, потому что самое простое сказать — ты ленивый, поэтому ты толстый, этот вывод на поверхности. У бодипозитива тоже есть перекос в сторону того, что все должны признать себя срочно красивыми и принять полностью. И тоже часто бывает самообман. А если не нравится девушке полнота, ей правда хочется похудеть? Но она не может. То есть явно есть проблема, но как-то решить ее не хватает сил и ресурсов. И здесь история в том, чтобы посмотреть, что скрывается за ленью.

За бездействием, как правило, скрываются эмоции, которые нуждаются в переработке, и эта задача для психики первична. И она как может, возможно, с помощью еды и заедания, это перерабатывает. Это может быть откат после жизни в долгом напряжении. Очень часто люди, годами сидящие на диетах, в какой-то момент могут отпустить напряжение. И, соответственно, это может быть какая-то психологическая травма, которая вытеснена и подавлена. Поэтому нужно смотреть, какие конкретно эмоции стоят за бездействием, на что уходят ресурсы и силы человека. Потому что в шоу, например, я видела участницу, которая на двух работах днем и ночью работает, в такой ситуации думать о том, что она замотивированная побежит в спортзал или на пробежку вообще бессмысленно, потому что человек живет, не имея полноценного сна, не имея полноценных циклов труда и отдыха.

Я на себя не нападаю, я себе помогаю

Девушкам, которые думают о снижении веса, я бы рекомендовала, во-первых, начать с честных вопросов себе: действительно ли я недовольна внешним видом или я плохо себя чувствую? Чем я замотивирована, почему мне хочется похудеть? Я хочу улучшить качество жизни или кому-то понравиться и получить чье-то одобрение? 

Здесь важно нащупать, во-первых, свой внутренний мотив быть честной с собой: действительно ли я этого хочу и ради чего? Важный момент — это сценарий ненападения на себя, то есть если я хочу что-то изменить, я выбираю путь ненасилия, не стыжу себя, не обесцениванию, а отношусь к себе бережно и уважительно, с сочувствием и пониманием. Мотивация кнута имеет кратковременный эффект, а бережная работа не такая быстрая, как мотивация, связанная со страхом, но она более долговременная в перспективе. Я на себя не нападаю, я себе помогаю. Я изучаю, почему мне трудно. Я исследую, почему я питаюсь таким образом, почему я отказываю себе в сбалансированной еде, во вкусной еде. Почему я отказываю себе в каких-то других приятных телесных проявлениях? В массаже, бассейне, бане, красивой одежде, хотя сейчас это все очень доступно.

Я исследую, что я могу уже сейчас, имея тот вес, который есть, сделать, чтобы я чувствовала себя лучше. И это не обязательно должно быть связано с напряжением и беговой дорожкой, а иногда это связано с приятными телесными заботами о себе.

Я пересматриваю в целом свой режим нагрузки и отдыха, есть в нем время для полноценного сна, чтобы моя гормональная система сбалансированно работала. Конечно, я проверяю себя, что у меня с эмоциональной саморегуляцией. Я переедаю, когда я тревожусь или чувствую вину, стыд или я расслабляюсь через еду, потому что не знаю, как по-другому расслабиться. Еда для меня — убежище?

Я пытаюсь сформулировать свой собственный сценарий отношений с едой. Почему это так? Я получаю эмоции через любовь или я заедаю страх, это будет супериндивидуально у каждого. Да, я изучаю свой ритм, когда мне комфортно что-то есть. Если нужно, я проверяю у врачей анализы состояния здоровья. При этом не позволяю их себя шеймить. Это очень распространенная проблема. Я часто у клиентов с этим сталкиваюсь, когда они говорят: вот я иду к врачу, он начинает атаковать, что вам нужно худеть, вы должны похудеть, я вам как врач говорю, или начинают стыдить. И это всегда нужно замечать и возвращать. Ни разу такие врачебные рекомендации в жесткой критичной форме никому похудеть не помогли. По крайней мере в долгосрочной перспективе. Поэтому важно самостоятельно исследовать здоровье, исследовать свои семейные сценарии отношения с едой. Какой вес был у мамы, у бабушки, что транслировалось, какой должна быть женщина? Что в семье строилось вокруг еды? И, конечно, очень внимательно нужно относиться к своим ощущениям голода, сытости, переедания, лёгкости, потому что никто лучше вас ваш организм не почувствует и никто не сориентируется в нём лучше, чем вы сами.